Бульмастифы РОССИИ - Агрессивность собак и кошек. (страница 4)
 
Форма входа

Создать бесплатный сайт с uCoz
Поиск


Календарь
«  Декабрь 2016  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031

Глава 7. ОТ ИНСТИНКТА ДО ИНТЕЛЛЕКТА

 

Собаки, даже заядлые охотники, удивительно легко усваивают, что они должны трогать других животных, обитающих в этом доме. Самые отпетые кошконенавистники, которые, несмотря ни на какие наказания, продолжают гоняться за кошками, без труда выучиваются не покушаться в доме ни на кошек, ни на других животных…».

К. Лоренц

 

Собачьи личности многообразны, некоторые их поступки говорят о пробуждающемся интеллекте. Знакомый доберман, с которым у меня были приятельские отношения, встречая меня всегда приносил из миски кость. Какое другое животное добровольно отдаст пищу?!

Во время войны в Киеве немцы репрессировали еврейскую семью, а принадлежащую им овчарку мобилизовали. Через два года из-за повреждения железнодорожных путей группа вывозимых детишек была немцами определена в полуразрушенное здание. Ночью охрану несли в основном собаки. И вот, чудом выжившие дети из этой еврейской семьи, девочка семи лет и мальчик четырех, были разбужены прикосновением холодного носа. Овчарка узнала их, мгновенно сообразила, в каком они бедственном положении и несколько минут спустя явилась с вареной костью.

Каждую ночь носила она им пищу из собственной миски: картошку, куски мяса.

И, что, характерно, делала это крадучись, тайком от новых хозяев.

В тридцатые годы на дальневосточной границе пограничники встретили проходившую банду пулеметами, рассеяли их, а часть загнали в болотистый кустарник.

На задержание пошла группа овчарок. Некоторые были бандитами подстреляны, некоторые вернулись ни счем. Лишь одна сука спустя час вывела первого бандита. Выяснилось, что у него раздроблены кисти рук. Еще полчаса, и собака ведет второго. Кисти также разможжены. За сутки овчарка задержала и привела 15 (!) бандитов. Она, как сообразили потом, подкрадывалась к ним ползком, мгновенно прокусывала кисть, потом вторую и недвусмысленным рычанием отправляла в дорогу.

Довелось мне жить в маленьком поселке Мотыгино, расположенном на границе слияния Ангары и Енисея. Во дворе многоквартирного дома, где я жил, обитало несколько отличных охотничьих лаек. Неизменно добродушные к человеку, они тщательно оберегают двор от визитов других собак, любых животных. И вот принесли мне ребятишки сорочонка, я его выкормил, через некоторое время Сара, так мы птицу назвали, стала крупной и нахальной. По квартире ходила строго пешком, изредка перепархивая.

Со временем Сара расширила зону обитания — стала выходить во двор. Идет, например, жена белье вешать, Сара — за ней, скачет по ступенькам подъезда, шагает в развалку по двору.

И вот что интересно. Достаточно было один раз пояснить собакам, что сорока хозяйская, что она не дичь — те стали относится к ней с уважением. Несмотря на то, что Сара наглела до того, что таскала кусочки из их мисок. Они при виде такого беспредела только смущенно прижимали уши и отворачивались — терпели.

К. Лоренц считает, что «…собаки, даже заядлые охотники, удивительно легко усваивают, что они должны трогать других животных, обитающих в этом доме. Самые отпетые кошконенавистники, которые, несмотря ни на какие наказания, продолжают гоняться за кошками, без труда выучиваются не покушаться в доме ни на кошек, ни на других животных…»

Возможно, тут мы сталкиваемся с извечной и широко распространенной в мире животных особенностью поведения, а точнее сказать, запретом. Известно, что ястреба и другие хищные птицы не охотятся возле своего гнезда. О волках сообщалось, что они не трогают ланей, выращивающих свое потомство в непосредственной близости от их логова. Мне представляется вполне возможным, что именно этот вековой закон «перемирия» и объясняет, почему наша домашняя собака у себя дома ведет себя так сдержанно с самыми разными животными.

Повествование о собачьих личностях было бы неполным, не упомяни мы о дворнягах, метиссах. В этом плане интересны первые поколения от двух разных пород. Например, овчарка с догом (так, кстати, пытались вывести «московского дога»), или шотландская овчарка с немецкой. Мне доводилось даже видеть дога с боксером. И совсем неплохие были щенки.

В Красноярском железнодорожном питомнике одно время «подливали» караульным кавказским овчаркам кровь волка. Щенки получались суше, подвижней, с более звонким лаем. Ведь кавказец при высоких сторожевых качествах обладает одним недостатком — слишком глухим, плохо слышным на расстоянии, голосом.

О волках, динго, содержание их в домашних условиях мы еще расскажем, тут хочется упомянуть только о том, что небольшая примесь волка к любой породе дает положительный эффект. Но далеко не всегда.

А вот чистокровные дворняги, в коих давно и прочно замешена разнообразная кровь, весьма интересны. Как крупные представители, так и мелкие, декоративные.

Они почти не подвержены заболеваниям, великолепно адаптированы к среде обитания: будь то город, деревня, весьма смышлены, работоспособны, обладают прочной, уравновешенной нервной системой. Оно и ясно — жесткий естественный отбор. Наглядные примеры для экологов.

К. Лоренц рассказывает:

 

«Если взять в дом щенка неодомашненного представителя собачьих и растить его как собаку, легко можно вообразить, будто потребность дикого детеныша в заботе и уходе равнозначна той пожизненной связи, которая существует между большинством наших домашних собак и их хозяевами. Пленный волчонок обычно бывает робким, предпочитает темные углы и явно боится пересекать открытые постранства. Он в высшей степени недоверчив к посторонним людям, и если такой человек попробует его погладить, может яростно и без всякого предупреждения вцепиться в ласкающую руку. Он уже с рождения склонен кусаться от страха, но к хозяину привязывается и полагается на него точно так же, как щенок.

Если речь идет о самке, которая при нормальном ходе событий, вырастая, начинает воспринимать самца-вожака как «хозяина», опытным дрессировщикам иногда удается занять место такого вожака в тот период, когда детская зависимость самки сходит на нет, и таким образом обеспечить ее привязанность и в дальнейшем. Один венский полицейский сумел добиться такой преданности от своей знаменитой волчицы Польди. Но того, кто воспитывает волка-самца, ждет неминуемое разочарование — как только волк становится взрослым, он внезапно перестает подчиняться хозяину и держится абсолютно независимо.

В его поведении по отношению к бывшему хозяину не появляется ни злобы, ни свирепости — он по-прежнему обходится с ним, как с другим, но ему больше и в голову не придет слепо повиноваться хозяину, и, возможно, он даже попытается подчинить его себе и стать вожаком. Учитывая силу волчьих зубов, не приходится удивляться, что эта процедура приобретает иногда довольно кровавый характер».

 

 Что же произошло с моим щенком австралийского динго, которого я взял на пятый день его жизни, подложил к кормящей собаке и воспитывал не жалея времени и сил. Эта дикая собака не пыталась подчинить меня себе или искусать, но, став взрослой, она постепенно утратила прежнюю послушность, причем происходило это весьма любопытным образом…

… Он все еще без сопротивления принимал наказание, даже побои, но едва все кончалось, как он встряхивался, дружески вилял мне хвостом и убегал, приглашая меня погоняться за ним. Иными словами, наказание никак не влияло на его настроение и не производило на него ни малейшего действия, вплоть до того, что он мог тут же повторить преступление, за которое только что понес справедливую кару, например, вновь покуситься на жизнь одной из самых ценных моих уток. В том же возрасте (полтора года) он утратил всякое желание сопровождать меня во время прогулок и просто убегал, куда хотел, не обращая внимания на мои команды.

Тем не менее я должен подчеркнуть, что пользовался самым теплым его расположением и, когда бы мы не встречались, он приветствовал меня с соблюдением полного собачьего церемониала. Не следует ждать, что дикое животное будет обходится с человеком иначе, чем особями своего вида. Мой динго совершенно несомненно питал ко мне самые горячие чувства, какие вообще способен питать один взрослый динго к другому, но покорность и послушание тут просто не при чем.

Я привел эту историю уже потому, что в ней исчерпывающе сказано о всех аспектах содержания диких представителей собачьих. Например, я еще в Иркутске держал степную волчицу Джерри: она за пять лет не доставила мне не малейших трудностей. Держал я ее в вольере, во дворе, но большую часть времени она по этому двору свободно бегала. Через забор находился детский сад, куда она часто отправлялась в гости, поиграть с детишками. К счастью, никто из соседей не знал, что она волк, все думали, что она лайка нечистопородная. Интересно, что в лесу, где мы с ней, хоть редко, но бывали, она ночью старалась не отходить от костра, и вообще вела себя там как-то неуверенно, ходила за мной по пятам, осторожничала.

С динго из Ростовского зоопарка работал мой товарищ, Г. Олешня, кинолог МВД. Собака запомнилась ему тем, что от нее практически не было запаха в квартире, тем, что она сгрызла здоровенный подоконник, и тем, что в годовалом возрасте убежала безвозвратно.

Что волчицу, что динго из Ростова отличала коллосальная реакция. Моя волчица Джерри лизала меня в лицо в прыжке и я никогда не успевал увернуться. Динго, по рассказам, в игре успевал отобрать мячик или куснуть. А ведь, играя с собакой, особенно молодой, мы зачастую опережаем ее в движении.

 

Вот еще одна история из моей практики. Ее можно назвать: ПОВЕСТЬ О СТАРОМ БОКСЕРЕ.

 

Дик — боксер из ФРГ. Десять лет не расставался он с хозяином — военным летчиком; на десятом году летчика перевели из Красноярска в Афганистан, собаку взять с собой он не смог, родственники тоже отказались, пришлось сдать Дика в питомник.

Я в это время проводил творческий отпуск на маленькой точке железнодорожной охраны в самой глуши Красноярского края. Была договоренность с руководством ВОХРа, имелась свободная квартирка с некоторыми удоьствами. О моей увлеченности собаками руководство знало, поэтому звонок из красноярского питомника меня не удивил. Я сразу выехал, ругая себя: зачем, мол, мне нужен чужой пес, тем более боксер, представитель породы, крайне мучительно меняющей хозяев. Но по телефону сказали, что пес неделю не ест, подохнет…

Дик оказался настоящим гигантом. Такой, наверное, была собака, сидящая в известной сказке на третьем сундуке. И истощен он был до прозрачности. В вольере валялось множество мисок с засохшей пищей — Дик не давал их забирать. На выгул тоже не выходил — по всей территории вольера валялись фекалии.

Кинологи питомника одели дресскостюмы, надели на Дика глухой намордник, подцепили поводок. Я повел его на вокзал, то и дело преодолевая сопротивление ослабшего пса. В дороге мы нашли некий компромисс в отношениях: я то и дело снимал намордник, давая псу попить, а он великодушно не кусался.

Ввел я Дика в нашу временную квартиру, с женой познакомил, место определил. А Дик после всего пережитого превратился вдруг в автомат, робота. Все время лежал, вяло и очень мало ел, гадил где попало, ни на что не реагировал. Шестимесячный овчар Антей мог его оттолкнуть от миски. Дик не жил, а равнодушно существовал.

Я старался не быть назойливым. Но много с ним разговаривал, старался почаще почистить, выгуливать. Спустя две недели я уехал на день-два по делам, когда вернулся и сошел на нашем полустанке, увидел у дома жену с Диком. В тот же миг Дик увидел меня. Он внезапно ожил, вырвал из рук жены поводок, и крупным наметом бросился в мою сторону.

Я присел на корточки и чуть не заплакал, ощущая на лице поцелуи шершавого языка.

С этой минуты Дик изменился мгновенно и неузнаваемо. Первое, что он сделал, придя домой, — задал трепку Антею и выгнал его на улицу. Потом взял в зубы свою подстилку и приволок ее к кровати, видимо, так он привык спать у старого хозяина.

У Дика проснулся отменный аппетит, он много и охотно гулял, быстро набрал тело. О возрасте напоминали только сильно стертые, желтоватые зубы. Пес стал упругим, шустрым.

И тут проявилась некая тяжелая черта его надломленной страданиями личности он начал бояться, что потеряет и меня, как первого хозяина. Почти везде приходилось брать его с собой. Нет, он не скулил, оставаясь один, не лаял. Просто впадал в тоску, становился вялым, стонал как-то по-человечески.

Кроме того, он стал охранять меня от всех. Любое движение в мою сторону, попытка знакомого к контакту — Дик бросается с яростью. Даже в глухом наморднике он пугал людей своим размерами и этой отчаянной ненавистью.

Потом Дик добрался до жены. Она стояла рядом, когда я вывел пса и еще не надел на нео намордник, собирался просто поводить на поводке. Было прохладно, и она натянула на кисти рукава пальто. И в тот же миг Дик бросился, впился и начал перебирать челюстью, ползя к горлу. Я почти задушил его сгибом локтя, пока он выпустил руку.

Слава богу, что клыки его сточила старость. Но покалечил руку все равно сильно. Жена после этого эпизода много лет побаивалась боксеров.

Короче, Дик добился своего. Уехала жена, забрав с собой овчара, знакомые в гости заходить избегали, на прогулках мы были как в вакууме — все при виде нас быстро ретировались. А отпуск мой кончался, надо было возвращаться в город.

В городе Дика пришлось держать на балконе на привязи. Мама, братья, балконом пользоваться перестали. Спускать во время выгула даже в наморднике Дика было опасно — он и без зубов был достаточно опасен: броски, удары мощного тела отнюдь не подарок для случайных прохожих.

И Дику, и мне стало плохо жить. Меня захлестывала обычная журналистская текучка, назревали серьезные командировки. Дик даже во время недолгих отлучек впадл в плусонную тоску, отказывался от еды. Брать его повсюду с собой не представлялось возможным из-за все возрастающей агрессивности.

Это сейчас, на склоне лет, переоценив многие человеческие ценности и показав их ложность, я бы не задумываясь уехал в глушь и дал бы Дику счастливо дожить свой век. Тогда я только входил в мир, жаждал впечатлений, карьеры, знакомств. Я усыпил Дика. Единственно хорошо, что он не почувствовал боли, просто заснул.

 

Глава 8. РЕВНУЮТ ЛИ ЖИВОТНЫЕ?

 

При общении домашней кошки с посторонними котами мяуканье превращается в вопли, знакомые любому человеку, но с трудом воспроизводимые людьми с помощью привычных им звуков. Эти непередаваемые громкие звуки люди называют «кошачьим концертом», говоря при этом, что коты вопят, орут, воют и т. д.

В. Крук, «Сибирская кошка»

 

Знание этого вопроса важно для того, чтоб не вызвать агрессию собаки или кошки, приревновавшей вас к другому члену семьи или знакомому. Кроме того мы расшифруем разговорный язык собак и кошек — язык речевой и жестов.

У всех видов, заботящихся о потомстве, детеныши любят своих родителей. Не будь этой любви, за кем бы они следовали, кого слушались и у кого учились? Природа использует любовь к родителям и еще для одной цели: их облик запечатлевается в детстве как образец будущего партнера по размножению. У некоторых видов сила запечатления так велика, что может пересилить врожденный облик вида. Например, если маленьких птенцов ткачиков одного вида подложить в гнездо другого вида, они, став взрослыми, стремятся образовать пару с видом своих приемных родителей, а не с родным видом. Запечатление обнаружено и у обезьян, а это значит, что оно может быть и у человека. Чтобы оно сработало, естественный отбор «подмешал» в любовь к родителям малую толику сексуальной любви. Поэтому девочка не просто любит отца, но и немножко влюблена в него. Поэтому она немного ревнует его к своей матери. И поэтому же в некоторых ситуациях ее реакции на родителей оказываются неожиданными для нее самой и странными для родителей.

Воспитанный с молочного возраста пес не только любит своего хозяина, но и способен пронести эту любовь сквозь годы, что говорит об зачатках разума почти человеческого. Тут уместно рассказать маленькую историю про собаку по кличке: МИЧМАН.

Мичман — это огромный волкодав. Жил в частном доме, но не на привязи. Бегал по двору, вел себя культурно. Гостей пропускал только до темноты, позже пропускал только в сопровождении хозяев. Чистоплотный был очень. В любую погоду бегал на речку купаться. Ледяная ангарская вода его не пугала. А с речки приносил дрова — здоровенные чурки приволакивал, ухватив за боковой сучок.

Среди собак микрорайона, примыкающего к городу деревянными домами, был абсолютным лидером. Но не особенно интересовался общением с собратьями. Игривость в нем сочеталась с серьезностью. С ребятами играл и баловался по-щенячьи. А со взрослыми гулял настороженно и сурово. В лесу с ним ружья не надо было: догонял косулю, зайца, давил, приносил хозяину.

Пять лет прожил он полноправным членом семьи. И пропал. Всякое думали, но предпложить, чо Мичмана украли, не смогли. И лишь спустя шесть лет после пропажи узнали его историю.

Мичмана увел сосед. Пес его хорошо знал, доверял. Сосед надел намордник, цепь и за большие деньги продал уезжающему полярнику. На Таймыре Мичман ходил в упряжке, быстро стал вожаком, пользовался уважением нового хозяина. Но любви между ними не возникло.

Через шесть лет полярник вышел на пенсию и вернулся в Иркутск. Мичмана забрал с собой. Купил дом в совсем другом районе города, посадил собаку на цепь. Тут и наткнулись на него старые хозяева.

Не они узнали его, поседевшего, сурового. Он сам узнал их, мгновенно заскулил детским голосом. Потом целовал подошедших, извивался от полноты чувств. Ошеломленный нетипичным поведениеем грозного и угрюмого пса, полярник венул его старым хозяевам безропотно, рассказал историю приобретения.

Мичман обежал старый двор, заглянул в дом и привычно лег на пороге, будто выходил на минуту.

Он стал медлительней и злей, но сохранил старые привычки, память о которых харнил бережно и любовно. И в первые же дни обеспечил русскую печь отличными дровами.

Ничего не подозревающий сосед пришел во двор через дня четыре. За те секунды, пока его оттаскивали, Мичман успел раздробить соседу кисть, изорвал лицо, грудь. И никто не стал его ругать за это.

 

Кстати, месть животного — явление не такое уж редкое. Слон, к примеру, может помнить обиду много лет и свести счеты с обидчиком самым суровым образом. Слониха Кинга из труппы дрессировщика Корнилова была списана и переведена в передвижной зверинец именно потому, что отомстила униформисту, который ее ударил, спустя год: она его прижала к стене и крепко покалечила. Волки, которые обычно не охотятся около своего логова, мстят ближайшим селам за уничтожение помета. Они режут домашних животных массами, нападают на собак, буквально обкладывают террором деревни, охотники которых убили их детей. В уссурийской тайге, где я служил, тигроловы отловили тигренка. Так наша боевая точка была поставлена на консервацию — тигрица ходила вокруг круглые сутки, угрожающе мяукая. Мы боялись даже выйти в туалет вечером. А отстреливать уссурийских тигров запрещено — они в Красной книге.

Поведение кошек мало чем отличается от поведения тигров. Владельцу не мешает выучить сигналы и знаки, при помощи которых кошка передает информацию. Это поможет избегать конфликтов. Пожалуй ни одно животное не умеет быть столь выразительной, как кошачьи. Телодвижения ее несут большой объем информации, все жесты ее исполнены скрытого (для незнающего) смысла. А уж голос! Сам Лещенко позавидует ее вокальным способностям.

По высоте тона звуки, издаваемые кошками, охватывают диапазон от 750 до 1520 Гц, причем состояния страха, боли, агрессии сопровождаются более низкими звуками, а удовлетворения, нежности или благодушия — более высокими. Переводя цифры в простые понятия, мы можем сказать что голос кошки с одной стороны приближается к ультразвуку, а с другой — к инфразвуку. (Кстати и слышит она в огромном диапазоне частот. Об этом вы прочтете в следующей главе).

Наиболее характерным звуком для кошек является мяуканье. Интересно, что дикие кошки мяукают только, будучи котятами, до определенного возраста, а затем мяуканье навсегда исчезает из «лексикона» дикой кошки. Домашняя кошка мяукает всю жизнь, но использует эти звуки только в общении со своими котятами и людьми, варьируя интонации своего «мяу» от нежного, еле слышного до требовательного и громкого. Тихое мяуканье кошка издает, общаясь с котятами или встречая вернувшегося домой хозяина, отвечая на его ласковые слова, обращенные к ней. Более требовательно звучит кошачье «мяу», когда она просит есть или зовет поиграть. Громкое и резкое мяуканье издают кошки, скучающие в одиночестве в пустом доме, а также испытывающие внезапную резкую боль или призывающие на помощь. При общении домашней кошки с посторонними котами мяуканье превращается в вопли, знакомые любому человеку, но с трудом воспроизводимые людьми с помощью привычных им звуков. Эти непередаваемые громкие звуки люди называют «кошачьим концертом», говоря при этом, что коты вопят, орут, воют и т. д.

Другим характерным звуком в кошачьем языке является шипение. Кошка шипит только в том случае, когда она напугана и не имеет возможности спастись бегством. Внезапно оказавшись в угрожающей для нее ситуации, рядом с серьезным препятствием, кошка громко фыркает и шипит, предупреждая, что готова защищаться. Загнанная в угол кошка часто прибегает к утробному урчанию, также предупреждающему окружающих о том, что она готова к отпору.

Практически во всех угрожающих ей ситуациях кошка старается избежать стычки с противником и по возможности спасается бегством. И только в том случае, когда кошка защищает своих котят или не имеет ни малейшего шанса скрыться от врага, она вступает в поединок. Характерно, что кошка обязательно предупреждает противников о своих намерениях и никогда не нападает исподтишка. Исключение составляет только нападение на добычу при охоте, которое, чтобы оказаться успешным, должно быть неожиданным и стремительным.

Уникальным звуком, который присущ только кошкам, является мурлыканье. Оно означает отсутствие у кошки всякой агрессивности. Человек воспринимает кошачье мурлыканье как воплощение умиротворенности и довольства, но кошки мурлыкают и в тех случаях, когда общаются между собой. Кошка-мать мурлыкает, подходя к гнезду с котятами и лежа рядом с ними, вылизывая детенышей при кормлении. Этим она успокаивает малышей и вызывает у них чувство защищенности и безопасности. Сосущие мать котята мурлыкают ей в ответ, показывая тем самым, что с ними все благополучно.

Еще один тихий и нежный звук, похожий на легкое щебетание, кошка издает, призывая котят к себе. Этой короткой трелью «мррм» кошки приветствуют и своих хозяев, очень часто сопровождая эти звуки трением головой о туловище и ноги человека.

Однако мурлыканье кошек в первую очередь является важнейшим элементом общения их друг с другом. При встрече двух котов мурлыканье одного из них означает покорность и подчинение другому, дружелюбное настроение, отсутствие агрессивных намерений. Мурлыкают подросшие котята, подходя к взрослым котам и кошкам; мурлыкают слабые и больные животные при встрече с более сильными. Во всех случаях мурлыканье является сигналом дружелюбия, расположения и отсутствия опасности.

Еще один сигнал, встречающийся в кошачьем языке, — это клацающий звук, издаваемый кошкой с помощью зубов. Кошки редко прибегают к нему, в основном при виде добычи, например птицы, сидящей на окне. Чаще всего этот звук используют и домашние, и дикие кошки, когда начинают учить подрастающих котят охоте. Означает этот звук приблизительно следующее: «Внимание! Вижу добычу!».

Звуки, издаваемые кошками, настолько разнообразны, что только человеку, постоянно живущему рядом с той или иной кошкой, в какой-то мере оказывается доступным понимание всех интонаций кошачьего языка, тем более, что кошки способны комбинировать издаваемые звуки в сложные выражения. Как и люди, кошки бывают молчаливыми и болтливыми, но даже кошка, редко издающая звуки, в полной мере использует другой не менее выразительный «язык» — язык мимики и жестов.

Начиная разговор о языке жестов, которым пользуется каждая домашняя кошка, хотелось бы подчеркнуть тот факт, что весь арсенал жестов, с помощью которых она так выразительно демонстрирует свои чувства и намерения, настроения и состояния, является врожденным и не совершенствуется в процессе ее роста и возмужания.

Котята рождаются с полным знанием правил поведения в любой ситуации и не нуждаются ни в учителе, ни в тренировке для того, чтобы соответствующим образом продемонстрировать окружающим свое отношение к происходящим событиям. Наблюдая за играми совсем маленьких котят, можно заметить, что в их движениях, позах и мимике есть все, что составляет язык жестов взрослой кошки. Игры с матерью, братьями и сестрами направлены лишь на то, чтобы натренировать мышцы, научиться как можно свободнее управлять своим телом и правильно хватать добычу.

Из всех домашних животных кошке присуща наиболее выразительная мимика. Это во многом обусловлено не только необычайной подвижностью всех частей мордочки и головы кошки, но и тем, что кошачьи глаза очень ярко выражают ее разные настроения и состояния.

Полузакрытые глаза кошки говорят о ее расслабленности и умиротворении, ленивое мигание показывает: кошка понимает, что окружающие люди говорят о ней. Широко раскрытые глаза выражают интерес или озабоченность, внимание к происходящему вокруг. Если окружающая обстановка вызывает у кошки страх, то зрачки резко расширяются для того, чтобы животное могло получить максимум информации. Переход к агрессии у кошки сопровождается резким сужением зрачков и концентрацией внимания на предмете агрессии.

Не менее выразительны и уши кошки. Любопытство, интерес к тому, что происходит вокруг, кошка проявляет, поворачивая уши вперед и как бы нацеливая их на объект своего внимания. Она ловит малейшие звуки, анализирует их и реагирует соответственным образом. Подрагивание ушей означает, что происходящее вокруг ее не заботит. Настороженность выражается тем, что уши становятся торчком. В случае опасности кошка поворачивает уши назад, предупреждая возможного противника о своей готовности к обороне. Прижатые уши должны продемонстрировать окружающим агрессивные намерения кошки, а «объявление войны» обозначается, помимо соответствующей позы, сильно отведенными назад и прижатыми к голове ушами.

Мимика кошки также включает в себя движения вибрисс, растягивание рта, оскаливание зубов, сморщивание носа и т. д. В результате морда кошки настолько явно выражает различные оттенки ее настроения, что просто невозможно не уловить любую зарождающуюся эмоцию, любое изменение ее состояния, не говоря уже об откровенном выражении страха или агрессивности.

Кошки вообще очень откровенны в выражении своих чувств. Любое свое действие они предваряют соответствующей позой, мимикой и звуками. Особой выразительностью при этом отличаются движения кошачьего хвоста, по которым, даже не видя выражения кошачьей морды, можно однозначно судить о состоянии и намерениях животного. Поднятый вверх хвост всегда свидетельствует о дружелюбии и хорошем настроении кошки. С высоко поднятым хвостом она трется о ноги хозяина, приветствует хороших знакомых и не враждебных ей животных, приглашает к игре, удовлетворяет свое любопытство. У настороженной кошки хвост опущен и взъерошен, шерсть на нем стоит дыбом. Зажатый между задними лапами хвост означает капитуляцию, которая, впрочем, может легко смениться агрессивностью, если кошка посчитает, что ее капитуляция не принята и ей остается только прорываться с боем. Агрессивность демонстрируется прямым и направленным строго назад хвостом. Кошка предупреждает противника, что она собрана и готова к любой неожиданности. Подрагивание кончика хвоста означает, что напряжение нарастает, а яростные, резкие движения хвоста, хлещущего по бокам кошки, говорят о крайней степени ярости и готовности к жестокой битве. Если же кошка лениво и размеренно шевелит хвостом то в одну, то в другую сторону — это свидетельствует о благодушном, удовлетворенном состоянии.

Хвостики котят, почти постоянно находящиеся в вертикальном положении, символизируют их приветливость, любопытство, интерес к окружающему миру, а также подчиненность матери, хозяевам или другим обитателям дома или двора. Испуганный котенок немедленно опускает хвост и по возможности распушает его. И лишь повзрослев, почувствовав силу, котята начинают с помощью хвоста демонстрировать предупреждение, агрессивность и готовность к драке.

Необычайно выразительны и позы кошки — грациозные, пластичные и абсолютно недвусмысленные.

Поза кошки не только выражает ее собственное состояние, но и зависит от того, кому она адресована. Например, предупреждение противнику в виде угрожающей позы — это непременный атрибут любой кошачьей атаки или защиты. Но угрожающая поза, адресованная собаке или другому опасному противнику, очень отличается от позы, с которой кошка встречает агрессивно настроенного соплеменника или кого-либо из хозяев, переступивших границу дозволенного.

Наш опрос
Какие подарки Вы хотите получить на монопородной выставке?
Всего ответов: 208

Мини-чат
200

Кинология

кинология


Бульмастиф Уран и Ундина



Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0